В рамках судебного разбирательства было установлено, что в октябре 2022 года дочь истца проходила лечение в городской больнице. Она находилась в стационаре инфекционного отделения, а затем продолжала амбулаторное лечение. 31 октября 2022 года врач посетил пациентку на дому, однако в дальнейшем в медицинскую документацию неоднократно вносились изменения, включая правки, сделанные уже после её смерти. При этом в медицинской карте отсутствовал письменный отказ пациентки от госпитализации.
По итогам проведённых комплексных экспертиз, включая судебно-медицинскую и экспертизу качества медицинской помощи, были выявлены значительные недостатки в оказании помощи. Эксперты отметили неполноту диагностических мероприятий, отсутствие консультаций узких специалистов, а также недостатки в ведении медицинской документации. Кроме того, были зафиксированы случаи несоблюдения определённых требований клинических рекомендаций и нормативных актов Минздрава России. Несмотря на то, что эксперты пришли к выводу, что данные недостатки не образуют прямую причинно-следственную связь со смертью пациентки, они имеют косвенную связь с ухудшением её состояния, так как препятствовали своевременной постановке верного диагноза и назначению необходимого лечения.
Суд признал, что выявленные нарушения ограничили право пациентки на получение качественной и своевременной медицинской помощи. Доводы ответчика о ненадлежащем отношении самой пациентки к своему здоровью суд счёл несостоятельными. Учитывая тяжесть нравственных страданий матери, потерявшей единственного ребёнка, а также характер допущенных нарушений и степень вины медицинской организации, суд частично удовлетворил исковые требования. С медицинской организации в пользу жительницы города была взыскана компенсация морального вреда в размере 2 500 000 рублей.
На момент опубликования решение суда вступило в законную силу. Более подробную информацию об этом деле можно найти на сайте Городского суда г. Мегион.
Помощник судьи
A.Г. Савочкин